SVITLISS
Сказ первый – как всё начиналось
Внимание!
Данный сказ ещё не проходил проверку редактором. Так что есть риск крови из глаз. Приносим свои глубочайшие извинения!
Автор и художник — OrenLiss
Редактор — Татьяна П., Stormfinch
СКАЗ ПЕРВЫЙ
За окнами выла пурга и заносила крыши академии толстым слоем снега. Мороз сковывал любого, кому не посчастливилось застать ночь в дороге. Но тут, за толстыми стенами замка, у горящего камина, под треск дровишек, было уютно… Дети сидели подле дядюшки Эльса и слушали его истории. В этот морозный вечер он решил рассказать им о тех далёких временах, когда народ Тейров был ещё свободен.
» Слушайте же, малыши мои… Сегодня, в эту морозную ночь, когда стены нашей академии оберегают нас от ветров, пока пурга завывает над крышами, я расскажу вам быль о том, как болезнь сгубила великую империю, а подлые Кайты отняли наши дома и города.
Веками наши предки жили на землях Эрда, под покровительством империи Митов. Они были другими. Совершенно не похожими на нас, но очень любили и оберегали. Мы растили скот, обрабатывали поля. А какие сады были у нас! Да… У моего дедушки был прекрасный яблочный сад. Но покой не мог длиться вечно. В одну очень морозную зиму. Помниться это была первая такая холодная зима… До нас дошла весть, что города Митов охватила ужасная болезнь. Врачеватели прозвали её иловой лихорадкой и она забирала города. Опустошала их. Пока от былого величия империи не осталось всего пары сотни представителей…
С приходом весны силы империи совсем угасли. Больше некому было оберегать народ, что не знал горя и веками уповал на великих Митов. Наша безмятежность сыграла с нами очень злую шутку и уже совсем скоро наши деревни начали разорять существа из тени. Никто не знал от куда они пришли в наш мир, но именно после падения ящеров, эти существа решили вторгнуться в наши поселения. Жуткие монстры терзали наш народ, пока не пришли Кайты. Они были так похожи на Митов… Но внешность оказалась очень обманчивая. Подлые змеи, словно ураган, пронеслись над нашими землями и сжигали всё на своём пути…
Мы, Тейры, были не воинами. Мы были земледельцами. Учёными. Мастерами. И мы были слабы.
Тогда, когда надежда уже догорала, явилась она. Мирослава.
Лисица с далёких островов, о которых никто раньше не знал, но именно они стали для нас спасением.
Она приплыла на чудесных кораблях с белоснежными парусами.
Она не всех спасла. Но спасла многих. Увезла нас туда, где мы были в безопасности.
Но она знала что острова не смогут скрывать нас вечно. Хоть после уничтожения наших городов Кайты не видели в нас угрозу, Мирослава знала — голод вернётся. И тогда они снова пойдут сжигать и уничтожать наши земли. Нужно быть готовым к этому. Нужно совершенствоваться и создавать технологии, что спасут не только её острова, но и земли других народов.
Академии Странников, то есть ваша академия, появилась не сразу. Много лет лучшие умы островов искали способы достичь совершенства. Но ужасные монстры, что продолжали вторгаться в наш мир, не давали им покоя. Ресурсы на островах кончались, зверей становилось всё меньше и на островах воцарилась паника. Многих охватил страх, что всё закончиться раньше. Но… Были те, кто не опускал лапы и бился до последнего. Ренард, Вульф, Бир и Хейри — стали основателями академий, в которых они решили собрать все знания, обучить новых зверей и найти пути, что спасут их народ.
Возможно мы бы так и погибли, если бы не старания основателя нашей академии. Ренард очень долго искал способы создать зверя, способного уничтожить монстров. В попытках создать лишь зелья, отвар что лечил бы раны, Ренард создал процесс, который позволял метисов, детей разных видов, превращать в странников. В их организме не только смешивалась кровь разных зверей, но и вплетались гифы… Да, Ренард исследуя руины пустынного утёса… Это сейчас там кипит жизнь, а тогда он действительно была пустынным. Руины предков окружали огромное, иссохшее древо. Так вот… Исследуя руины он нашёл то, что стало ключом к понимаю появления монстров, а в последствие к созданию странников…. «
Пламя мягко плясало в глубине камина, отбрасывая теплые отблески на каменные стены. Поленья потрескивали, выбрасывая искры, а в воздухе витал терпкий аромат горящей берёзы. Жар волнами согревал шерсть зверей, что отдыхали в эту морозную ночь, пока за стенами замка бушевала вьюга. Ветра выли над башнями, метель хлестала по стенам, а тьма за окнами казалась бездонной, поглотившей весь мир. Уставший мастер за рассказами о былых временах и не заметил, как погрузился в глубокий сон. Жуткий кошмар охватил его разум, выпуская наружу страхи, что он прятал в глубине сознания. Дни когда на деревню Эльса налетели войны Кайтов. Они жгли хаты и вырезали детей, женщин, стариков. И только одинокий волчонок смог выбраться живым из той деревни. В ту роковую ночь он добрался до последнего не павшего града, от куда его и остальных выживших и забрала Мира. Вскоре кошмар сменился на приятные воспоминания о первых годах на архипелаге Рокун. Эльса взяли в орден Мирославы. Она желала узнать тайны своих островов и создать тех, кто сможет остановить огромную и ненасытную армию Кайтов. Пронеслись дни ужасных испытаний травами, грибами и лишайниками. На многих молодых членах ордена ставили опыты, изучая влияние редких растений, собранных на пустынных утёсах. Алхимики годами искали способ преодолеть границы природы, и, в конце концов, им удалось создать первых странников.
Эльс стал первым из гибридов, чьё тело слилось с гифами — сущностью, пронизывающей все измерения. Они изменили его плоть: он стал быстрее, сильнее и ловчее. Раны затягивались, а переломы срастались с пугающей скоростью, будто сама ткань мироздания спешила ему помочь. Воспоминания обжигали, но прошлого не изменить. Разум устал от борьбы, и вскоре волк утонул в пучине беспамятства и покоя.
Пока мастер блаженно почивал у камина, неугомонные лисята сбежали терзать расспросами своих старших братьев: тех, кто вернулся из странствий на зимовку в академию Ренарда. Это заведение, основанное ещё при Великой Мирославе, не только порождало странников, но и обучало, и направляло на благой для островов путь. Змеи были не единственной угрозой для зверей. Через узлы гифов в их мир проникали чудовища — создания, чья природа оставалась загадкой даже для высших магистров академий. Переплетённые нити неведомого существа порой сплетались в узлы, открывая врата в иные миры, откуда и являлись гости. В академии даже ходили слухи, будто сами змеи и звери тоже когда-то пришли из-за границы миров. Однако большинство считало эти россказни бредом, утверждая, что звери обитали на землях Эрда с незапамятных времён.
Так или иначе, с приходом весны странники покидали академию, отправляясь в долгие странствия, чтобы истреблять чудовищ и защищать поселения от их набегов. Лишь зимой они возвращались, привозя с собой новые истории, легенды и байки. Молодые лисы, затаив дыхание, слушали их, мечтая о дне, когда и они смогут покинуть стены родной академии и отправиться за приключениями. Ян не был одним из таких мечтателей. Он и сам не знал чего хотел.
Так, день за днём, среди рассказов и баек, зима отступила, уступая место тёплой, цветущей весне. Друзья Яна вновь отправились в странствия, и перед самым уходом Радко сказал ему:
— Не забудь посетить Осницу. Я буду тебя там ждать.
С хитрой ухмылкой он вскочил на коня, махнул лапой на прощание, и пятеро лучших странников тронулись в путь. Их кони мерно ступали по двору, копыта звонко цокали по камням. Когда тяжелые ворота распахнулись, в лицо ударил свежий ветерок, что нёс запахи весны и предстоящих приключений. Один за другим всадники выехали за стены академии, растворяясь в утреннем свете. Ян долго смотрел им вслед, пока их силуэты не скрылись за вратами.
***
Тёплый, весенний ветерок гулял средь сосен и разносили запах горных цветов. Ветви хвои плавно раскачивались и блистали в лучах полуденного солнца, укрывая в своей тени спящего лиса. Его белоснежная шерсть сверкала в лучах, словно свежий снег. Чёрный, мокренький носик слегла дёргался от пыльцы, что так и норовила за лететь. Его большие уши, украшенные чёрными, как смоль, кончиками, ловили каждый шорох в кустах малины. Пушистый и такой же белоснежный, как и вся остальная шерсть, его хвост покоился на коленях. Ян и дальше бы утопал в блаженстве сна, но время не ждало. Открыв глаза, он улыбнулся тёплой погоде и ясному солнцу, чьи лучи освещали полянку, покрытую ковром самых разных цветов, и отражались в брызгах горного ручейка.
Лис поднялся и вытянув руки к небу, прохрустел спиной и хвостом. Слегка размяв кости после обеденного сна, он направился к мастеру Эльсу. Яну уже исполнилось шестнадцать, и он был готов отправиться на заработки. Долгие, мучительные года испытаний и тренировок были позади, но лис знал, главные трудности ещё впереди. Мастер был найден в своём кабинете на втором этаже замка. Старый волк разбирал книги в своей библиотеке и наводил порядок после долгой и морозной зимы. Они обнялись и мастер сель за стол. Он достал старую книгу, на столько старую, что она помнила первых странников. Раскрыв её, но сделал несколько записей и сказал Яну, отдав свёрток.
— Забеги к нашему кузнецу. Он выдаст тебе меч и одёжу с кольчугой, а коник выдаст тебе коня. После чего держи путь в Остфорд, там тебе нужно будет найти дом алхимика Каштану. Он расскажет тебе что делать дальше. — Старик вздохнул и обнял лиса. — Удачи тебе в исполнении мечты. Академия на всегда останется твоим домом. Обязательно вернись на зимовку! Мы будем тебя ждать.
Лис забрал меч странника, что выковали в далёком Фумлёре, на южном Хрисе. Их клинки славились прочностью и остротой, способной разрезать самый стойкий хитиновый панцирь. Кожаная куртка с кольчугой не только не сковывали движения ловкого лиса, но и могли спасти от клыков и когтей монстра. Взяв коня по уздцы, он отравился в Остфорд. Даже не веря в то, что день, когда он может покинуть стены академии настал.
Конь размеренно цокал по каменной кладке древней дороги, что уложили ещё первые поселенцы с материка. Кроны вековых дубов укрывали тропу от знойного солнца тенью и листвой от холодного, морского бриза. Воздух был полон щебета самых разных лесных птиц. Синицы, скворцы и прочая крылатая живность, распивала свои песни на всю округу. Но идиллию звуков нарушил звон метала и крики. Лис решил выяснить причину суматохи и свернул с каменной дороги на лесную тропу. Вскоре его зоркий глаз заметил поляну, на которой два волка пытались отбиться от плешивых крыс. Подлые разбойники загнали торговцев в чащу и уже собрались разделаться с ними и забрать товар, но резвый конь и свист клинка нарушил их планы. Лезвие, острое словно бритва, не замечая сопротивления лохмотьев, рассекла плоть крыса и пустила подлецу кровь. Яркий, горячий фонтан окропил белоснежную шерсть лиса, но того это ничуть не смутило, горячая кровь на губах лишь разжигала задор. Он уже заходил на второй круг. Крысы не успели опомниться, как кара настигла их и пока Ян сносил ещё одну голову крыса, двух других, что оцепенели, завалили волки и мощные пасти разодрали их крысиные глотки. Лис остановил коня и опустил клинок. Его взгляд медленно осматривал поляну, залитую кровью. Молчание нарушил волк.
— Святой Мёд, мы думали, что нам крышка! Как тебя зовут, братец?
— Ян, странник из академии Ренарда. А вас как зовут, куда путь держите?
— Войтех, а это Аня. Мы из академии Вульфа, она там, севернее Войтицы. Мы с пустынного утёса в Остфорд ехали. — Волк огляделся и вздохнул. — Может, пойдёшь с нами в «Лисий хвост»? Пива янтарного хлебнём, да и беседу продолжим у камина. – Он пнул крыса и подошёл к лису. – Всяко лучше, чем вдыхать смрад этой падали. Ну что, согласен?
— Как тут не согласится. Веди.
Волки кивнули и запрягли коня, которого разбойники уже хотели пустить на ремни. Втроём они отправились в таверну Лисий хвост, где и заняли столик подле лестница. Войтех попросил трактирщика принести им самый сочный окорок с картошкой и пива, для него, его спутница и их нового друга.
Войтех отставил кружку, вытер лапой пену с усов и хмыкнул:
— Говоришь в Остфорд к Каштану путь держишь? Так тебе, братец, не повезло… Мы там дня три назад проезжали. Дом Каштана сгорел к чёртовой матери. Ни хаты, ни алхимика, один дым и сажа.
Ян, нахмурившись, отложил двузубую вилку.
— Как это… сгорел? А я ж как раз за ним. Мастер Эльс послал…
Аня, склонив голову, кивнула.
— Мы тоже к нему заглянуть хотели. У нас отваров почти не осталось, а в утёсе их не сыщешь. Но только пепелище и зола. Сказали, мол, был какой-то взрыв. Стекло во всей улице повыбивало.
Ян, тяжело вздохнув. Войтех подмигнул и хлопнул лиса по плечу:
— Да не кручинься! У него есть башня в Войтице, у самой кромки леса. Если не сгорел вместе с зельями — быть ему там.
Немного помолчав, Войтех, отпив глоток и вытерев усы тыльной стороной лапы, решил сменить тему и немного отвлечь товарища.
— Вот же радость, Ян, что ты подоспел. Без тебя мы б стали гуляшем у тех плешивых грызунов.
Аня, усмехаясь, ковырнула вилкой в мясо, обильно посыпанное специями.
— Да, сдохли бы мы без славы и чести.
Ян, хмыкнув и крутанув пиво в кружке:
— Да ладно вам. Как я мог пройти мимо? А вы откуда вообще возвращаетесь?
Аня, отпив глоток и выдохнув.
-С Пустынного утёса… Задание у нас там было, на монстра. То мельницу портит, то в муку гадит, то чёрт-те что… Сельчане думали, проклятие.
Ян, удивлённо.
— Домовые? Я думал, это сказки…
Аня, смеясь.
— А вот и нет. Реальные такие, мелкие, словно мышиный народ. Мы их пёрником с маком, да чарочой сливовицы вмиг успокоили и они пообещали не ломать, да не срать в муку. Сельчане сперва отказались платить, сказали что не за что тут злато отдавать. Ну мы к домовым, а они в шестерни бревно как загнали. Быстро опомнились жмоты, сразу расплатились. Сказали: «Берите свои деньги и валите отсюда!»
Ян, усмехнувшись.
— Славные у вас приключения.
Аня, отхлёбывая пиво.
— Да, бывает весело. Особенно когда увидишь пьяного домового…
Какое то время товарищи сидели молча и слушали музыку, пока Войтех не нарушил молчание.
— Ян, раз башня всё равно нам по пути, пошли с нами.
Ян замотал головой.
— Боюсь должен отказать. Мне стоит заглянуть на пепелище. Может что смогу разузнать? Да и я бы не отказался от парилки. Моя шерсть всё ещё несёт этим… крысиным духом.
Войтех, ухмыляясь.
— Вот и славно. Выпьем за дорогу, за Каштана…
Ян с ухмылкой.
— И чтобы в муке больше никто не гадил.
Все трое, чокаясь:
— За Рокун!
Лучи утреннего солнца пробивались сквозь ветки хвои, дабы наполнить комнату лиса светом и теплом весны. Белый лениво потянулся и сел на постель. За окном, переливаясь в лучах, качались ели. На ветках восседали соловьи и прерывали лесную тишину своим мелодичным пением. Приведя в порядок свой пушистый хвост и накинув одежу, лис проверил клинок в ножнах и отправился завтракать. В столь ранний час таверна спала и только одинокий повар на первом этаже, возился у старой глиняной печи и что-то варил такое, что запах манил из самых дальних спален. Ян оплатил тарелку свежей каши с маслом и уселся у окна. Уж слишком прекрасный вид был за стеклом и раз это место ещё не успели занять, то стоило сделать это первым. Тепло свежесваренной, молочной каши наполнило желудок. Запив сидром и закусив коркой ржаного хлеба, лис стал ждать своих новых друзей.
Жильцы таверны, что сняли комнаты на ночь, начали понемногу просыпаться. Вместе с ними спустились и наши знакомые. Войтек рассказывал что-то Ане, а та тихо смеялась над его шутками. Лис давно заметил магию между ними и снятая одна комната на двоих, окончательно убедила его в романтических отношениях между ними. Он подозвал их и предложил занять место у окна. Они без промедления согласились и попросили им тоже принести завтрак.
Пока они беседовали о планах на сегодня, на дворе начала кипеть жизнь. Торговцы, что остановились на ночь, приводили в порядок коней и свой товар. Проверяя обоз, они отсыпали пару медяков молодому медведю, что был подмастерам трактирщика, тучного и большого бурого медведя, что и заправлял этой таверной и готовил самые лучшие блюда в округе. Путники же выводили своих коней и быстро вскочив на них, продолжали свой путь, стараясь не задерживаться, ведь никто не хотел встретить ночь в дороге. Войтек предложил лису заглянуть в Остфорд и попытаться узнать что-то о Каштейне и если он не найдёт ничего нового, то они будут его ждать в таверне Волчья ягода, что находилась подле Волцека. Ян согласился, возможно, Каштейн оставил какие-нибудь ориентиры и не стоило упускать возможность ещё раз всё проверить. Да и пара торопилась и могла упустить важные детали. Позавтракав, товарищи вместе доехали до Остфорда и разделились на перекрёстке четырёх дорог. Войтек и Аня пожелали удачи и отправились в родные края, а Ян пришпорил коня и въехал в город.
Огромные и могущественный город встретил гостя шумом городских улочек. Гомон горожан и торговцев, что на перебой расхваливали свой товар, разносился по кварталам. Ян медленно подъехал к дому, точнее к месту, где он должен был быть, так как от него остались только горелые головешки. Спустившись, он было собрался подойти к пепелищу, но его остановил стражник и предупредил, что это место под охраной города и без разрешения рихтаржа, его туда не пустят.
— И где его искать, рихтаржа вашего? — Спросил лис у стражника и забрался на коня.
— Тебе нужно выше по улице, к ратуше. Там и найдёшь его. — Стражник показался направление и вернулся к посту.
Ян пришпорил коня и направился туда, куда ему указали. Вскоре он заметил большое здание с башенными часами, выше которых был лишь шпиль храма святой Миры. На входе стояли стражники, но те, не проявив ни малейшего интереса, спокойно пропустили лиса. Он, уверенно шагнув по дубовым ступеням, вскоре нашёл нужный кабинет. Постучав в дверь, он вошёл в тесное, пыльное и душное помещение.
За столом сидел медведь — могучий, с широкими плечами и густым и тёмным мехом, который покрывала красная одёжа из дорогих тканей, украшенную золотыми нитями. Он выглядел усталым: взгляд у него был затуманенным, а его большие лапы двигались с явным усилием, словно он пытался найти силы для подписания очередного свитка. Он тяжело вздохнул, когда заметил незнакомца и медленно поднял взгляд. В его глазах светился опыт и многолетняя мудрость, но в то же время — нечто такое, что говорило о постоянной усталости.
— Кто вы и что вам надо? Только давайте кратко и по делу. У меня и так много забот.
— Уважаемый рихтарж. Ян, странник из академии Ренарда, вас побеспокоил. Меня прислали чтобы найти Каштейна, но прибыв, я обнаружил что его дом сгорел, и я не знаю где его найти. Я хотел осмотреть пепелище, но меня послали к вам.
— И правильно сделали. Ты там ничего не нашёл бы, так как наши ребята давно всё вынесли. Твой алхимик за решёткой. Этот умник чуть полгорода не поднял на воздух! Если хочешь с ним поговорить, придётся заплатить взнос в 100 серебряных, или… — Лис знал, что у него нет и десяти серебряных, поэтому с надеждой уточнил: что за «или»?
— Или возьмёшь заказ на василиска в канализации. Ты мне их головы, я тебе алхимика.
— Хорошо. А в чём подвох? Василиски не столь опасные создания, чтобы награда за них была равноценно 100 серебрёных.
— Ха! – Медведь даже повеселел от вопроса лиса. — Смотрю, ты либо чрезмерно осторожен, либо просто не нов в этом деле. И правильно. Проблема вот в чём: там стая, и они уже дюжину стражников положили. Мы их месяц выкурить не можем — всё без толку. Были до тебя странники, они предупреждали, что если дать им ещё месяц, так они кладку тут сделают, и тогда ни огонь, ни порох не выгонят этих тварей из канализации. Но, увы, странники торопились, заказ не взяли. Так что считай – тебе повезло.
— Повезло…, да вы шутник, мастер рихтарж… — Ян припомнил своих друзей. Неужто это они отказались от такого дела? Ну да, негоже даме, хоть и страннику, лезть в помои. Лис утвердительно кивнул. – Хорошо, я берусь за это дело. Вам головы, мне Каштейн.
Медведь тяжело поднялся с места, оглядев полки в поисках нужного. Наконец, найдя то, что искал, он отдал ключ от канализации и отправил лиса в подвал ратуши. Оттуда был прямой путь в водостоки. Лис, не теряя времени, направился туда.
Отперев тяжёлую дубовую дверь, странник взял факел и спустился в чёрные сливные каналы. Дверь с тяжёлым скрипом захлопнулась за ним. Вонь ударила в нос. Белый невольно поморщился и прикрыл нос лапой. Проклиная свою удачу, он двинулся дальше, обнажив клинок. Сталь меча странника сверкнула в тусклом свете факела. Внутри, среди плесени и трупного запаха, ему нужно было найти логово этих твари и постараться не стать очередной жертвой.
Грязная вода хлюпала под сапогами, пока лис, с осторожностью, как охотник, продвигался по тёмным коридорам канализации. Вскоре его острый слух уловил мерзкое кудахтанье и хриплый рык. Василиски были рядом.
Ходили слухи, что взгляд этих чудовищ превращает любое живое существо в камень, но каждый странник знал, что это лишь сказки для маленьких зверят, чтобы те не лезли в канализации и пещеры. Несомненно, мало кто уходил после встречи с ними, но виной тому были их когти, всегда покрытых гноем и зловонием, и в ядовитых клыках, которые не уступали острию самого Фумлёрского клинка. Лис двигался тихо, крадучись, как мышь, и вскоре застал врасплох этих переростков, которые уже окопались в столь уютных коридорах.
Его лапа коснулась кристалла на поясе, крамень мог накапливать в себе различную энергию и в этот раз, там был жар кузнечного горна академии Ренарда. Лис без промедлений — протянул свою лапу в темноту. В тусклом свете подземелья засияли тонкие нити, что наполняли всё помещение и оплетали тушки василисков. Как только свечение настигло их тела, оперение вспыхнуло как спичка и комнату озарил свет горящего оперения. Они взвили от боли и понеслись к Яну.
Клинок лиса прорезал воздух, свистя, как душераздирающая песня. Лезвие пробило плотный слой их перьев, и монстры, с грохотом начали падать в тягучую воду канализации, окрашивая её в зелень крови. Лис, тяжело дыша, остановился. Он впервые использовал свою силу вне стен академии, и это оставило в нём пустоту, которая пожирала его силы. Он с трудом оперся на холодную, мокрую стену, его лапы ощущали холод камня, а сердце билось, как молот. Использовав всю свою силу в этом бою, он едва мог переставлять лапы. Сил больше не было — он рухнул, не чувствуя земли под собой.
Для многих сон — это способ уйти от ужасов реальности, укрыться в мире, где всё подвластно тебе. Там, где можно придумать такое место, где не существует страха или боли. Или, наоборот, это шанс заглянуть в самые отдалённые уголки памяти, вернуться в давно забытые дни и, с трепетом, вспомнить моменты беззаботного детства. Тогда, казалось, и небо было голубее, и трава зеленее. В такой сон и погрузился Ян, теряясь в воспоминаниях о своём детстве в академии Ренарда. Оно, конечно, сильно отличалось от детства детей из деревень или городов. Они не покидали стен родного заведения, день за днём тренируясь и обучаясь тем премудростям, что накопили их наставники и братья. Но никто не жаловался — напротив, все были благодарны академии. Ведь она принимала в свои ряды лишь сирот — тех, кто потерял своих родителей в огне войны или от жестокой болезни. Так и Ян оказался здесь, после того как его родители погибли от Иловой болезни, что до сих пор напоминала о себе, не насытившись империей, что уничтожила.
Из сладких грёз лиса выдернул голос старика. Он с трудом открыл глаза и увидел перед собой незнакомца, лемура, что, обрабатывая раны странника, что-то бормотал под нос.
— Вы кто… и что делаете? Где…где я? — Выдавил из себя белый.
— Я Каштейн, которого ты спас от заточения. Лежи и не двигайся, хоть вы и странник, но яд василиска очень силён. Повезло ещё что вы добрались до двери, и стражники смогли вас вытащить. Если бы вы остались в воде, отравленной кровью этих тварей, то я бы не смог вас отблагодарить.
— С..Свёрток в моей сумке… Ма…Мастер Эльс просил… — Силы окончательно покинули лиса и тот уснул под ворчание старого лемура.
Странник очнулся в тёмной комнате, очень пыльной и с неизвестным, но очень неприятным запахом. Сев на постель, он осмотрел своё тело. Раны были забинтованы и обработаны. Они уже не кровоточили и лишь слегка побаливали. В комнату вошёл старик. Лис уже мог спокойно осмотреть своего лекаря. Его фигура была сутулой, а шаги осторожными, словно каждый из них был тяжёлым и продуманным. Его кожа, серая и морщинистая, натянулась над костями, как старая ткань, а глаза, желтовато-зелёные, были умными и наблюдательными, как у животного, которое пережило многое. На его плечах висел зелёный кафтан, обитый бархатом, который когда-то мог быть дорогим, но теперь казался выцветшим и изношенным, словно сам был свидетелем многолетних забот и тревог.
На поясе старика весело болтался широкий кожаный ремень, на котором висели самые разные склянки из зелёного стекла. Каждая из них казалась наполненной неведомым зельем, способным исцелить или же отравить. Возможно одно из них и спасло лиса. Его лапы, длинные и гибкие, как у большинства лемуров, двигались с осторожностью, а на лице застыла усталая, но добродушная улыбка. В его руках был поднос, на котором покоились кусок хлеба и куриная ножка — скромный, но вполне достаточный для того, чтобы утолить голод. Старик подошёл ближе и опустил поднос на стол, его движения были уверенными, несмотря на возраст и, казалось, скрытую за ними слабость.
— Эти лекари требуют просто огромных денег! Вы уж извините за подобные условия лечения, но после пожара в моей лаборатории, я остался совсем без серебряка! Повезло что у меня тут есть друзья… Я нашёл вас свёрток и знаете… А в прочем, не тут. Отправляйтесь в Волтиц. Через неделю я прибуду в свою башню, и мы сможем с вами обсудить то, о чём сказано в письме. Но я вынужден вас ещё о кое чём попросить… — Каштейн отдал Яну рисунок очень странного растения, которое лис не видел не в одном учебнике по ботанике. — Когда вы его достанете, отправляйтесь в мою башню. Но советую заглянуть в лечебницу святого Мёда, она как раз по пути вам будет. Я всё же не врач и перед столь опасным заданием, вам стоит окончательно залатать раны.
Лемур оставил поднос с едой на столе и покинул комнату, пожав лапу. Ян, не желая задерживаться в этом неприятном месте, быстро закинул хлеб и куриную ножку в пасть, и не тратя времени, оделся и поспешил выйти. Оказавшись за дверью, понял, что спал в подвале ратуши — в месте, где свет едва проникал, а воздух был тяжёлым и затхлым. Лис тяжело вздохнул. Его тело всё ещё не оправилось от ран, а мысль о том, что он остался без награды, придавала ещё большую тяжесть. Он уже было решил уйти, не оглядываясь, но шаги стражника остановили его.
— Граф Бедрич благодарен вам за истребление василисков и просил передать это.
Ян, не задавая лишних вопросов, взял мешочек, ощутив его тяжесть на лапе, и вышел из ратуши. В голове проскочила мысль — Может, всё не так уж и плохо? Уже с улыбкой он сел на своего верного скакуна, он направился в Волтиц, надеясь, что дорога обойдётся без новых неприятных встреч и неожиданных приключений.